Дорога крови – принудительная работа в Северной Норвегии

Доктор Марина Паникар

Нацистские лагеря для сове тских военнопленных на Севере Норвегии и условия содержания в них

Первые партии советских военнопленных были доставлены на территорию Норвегии в августе 1941 г. К 9 ноября 1941 г. их насчитывалось уже 2847 человек. В первую очередь, их направляли в Северную Норвегию.

Наибольшее количество иностранных военнопленных было сосредоточено в северной провинции Нурланн, где велись работы по строительству железнодорожной магистрали. Было установлено, что на декабрь 1945 г. число погибших в стране советских пленных составило 14902 человека.

На основе имеющихся материалов и их анализа можно с высокой степенью вероятности предположить, что количество советских граждан, находившихся на территории Норвегии в годы Второй мировой войны, составляло около 100800 человек. Из них – около 91800 военнопленных и 9 тысяч остарбайтеров.

Условия содержания военнопленных.

Среди документов немецкого командования в Норвегии автором была обнаружена так называемая «Памятка» (Merkblatt), которая являлась инструкцией для лагерей, находившихся в ведении шталага № 303.i В данном документе неоднократно подчеркивалось, что военнопленные должны содержаться таким образом, чтобы сохранить их работоспособность и «достичь максимальной производительности труда»ii. Такие установки в очередной раз подчеркивают основную цель отправки пленных в Норвегию – использование в качестве рабочей силы.

По масштабам и по численности пленных лагеря были разные: от нескольких сотен до нескольких десятков тысяч человек. Заранее возведенных лагерных зданий не было, поэтому военнопленные размещались в бараках, заброшенных зданиях или сараях.

В соответствии с инструкцией лагерь должен был быть расположен на хорошо просматриваемом месте, что облегчало его охрану.iii По периметру его территория, как правило, огораживалась двумя рядами колючей проволоки высотой 2,5 м., причем расстояние от земли не должно было превышать 50 см., а расстояние между двумя рядами (по инструкции) составляло 2 м. Лагерь должен был иметь хорошее наружное освещение.iv

Нары в бараках располагались друг над другом в три яруса. При погрузке в Германии каждый военнопленный должен был получать набор, в который входили скатерть, полотенце, чашка и ложка для пользования при транспортировке и в лагере.v Очевидно, что такими мерами немецкое командование пыталось предотвратить распространение инфекционных заболеваний и эпидемий. Постельными принадлежностями в лагерях служили соломенные матрацы и старые одеяла, однако зачастую не было и их. Тогда военнопленные спали на соломе или на голом полу.vi

В немецких документах отмечалось, что лагерь должен был отапливаться так, чтобы военнопленные не переохлаждались и могли просушить одежду.vii Однако «Комиссией» было установлено, что помещения лагерей плохо или совсем не отапливались. Это вело к частым случаям замерзания в бараках.

По сообщениям «Комиссии» хорошая одежда и обувь у военнопленных отнимались. Несмотря на сильные морозы у многих из них не было даже верхней одежды. Пленные, как правило, не имели носков, рукавиц и нательного белья.viii Никакой специальной одежды для работы военнопленные не получали. Отсутствовали защитные средства от дождя и холода, что крайне ухудшало условия работы, особенно в зимнее время.ix

Помимо неудовлетворительного содержания военнопленных в нацистских лагерях Норвегии, одной из основных причин смертности среди узников являлись мизерные продовольственные нормы.

Основным принципом являлся принцип сохранения работоспособности. Во многих лагерях, особенно на севере Норвегии, отсутствовали помещения кухонь и столовых. Военнопленные сами готовили себе еду на кострах. Зачастую для приготовления пищи использовались жестяные банки и ведра.x

Ежедневный рацион советских военнопленных в Норвегии составлял литр вегетарианского супа, 300 гр. хлеба, иногда немного мяса, картофеля или рыбы.xi Это подтверждается и воспоминаниями бывшего военнопленного: «Ели три раза. С утра пили холодный чай. Днем суп из гнилых овощей и брюквы. И заключенные, и немцы называли этот суп «колючей проволокой». Немного хлеба и чай на ужин, 200 граммов маргарина делили на 20 человек».xii По расчету калорийности такой рацион был примерно на 40 – 60% меньше, чем необходимо для человека, занятого тяжелым физическим трудом.

Такая продовольственная ситуация естественным образом отражалась на состоянии здоровья военнопленных. Врачи в лагерях были, как правило, из числа военнопленных. Туберкулез, грипп, авитаминоз и безбелковые отеки являлись основными заболеваниями и причинами смертности среди узников. Такой перечень заболеваний указывает на то, что помимо недостаточного продовольственного снабжения, немалое влияние на состояние здоровья узников оказывал неблагоприятный климат северных районов страны.

Вместе с тем, в «Памятке», действующей на территории Норвегии, особое внимание обращалось на гигиеническое содержание помещений, где находились военнопленные.

В письме майора Л. Крейберга (ответственного за репатриацию военнопленных из провинции Нурланн) от 30 декабря 1943 г. в Лондон отмечалось, что в Северной Норвегии эпидемиологическая ситуация очень сложная: помимо повсеместного педикулеза, частых случаев туберкулеза и дизентерии, в области Киркенеса около 2300 случаев паратифа и неизвестной до оккупации инфекции.xiii Однако как таковых эпидемий, приводивших к массовой гибели пленных в лагерях на территории Норвегии, выявлено не было.

Еще одной причиной смертности среди советских военнопленных, помимо голода и болезней, стало жестокое обращение со стороны охраны.

«Советские военнопленные являются врагами Вермахта, поэтому по отношению к ним должны проявляться особая осторожность и бдительность», – отмечалось в «Памятке» шталага № 303.xiv

6 сентября 1941 г. было издано распоряжение немецкого командования в Норвегии об обращении с советскими военнопленными. В документе указывалось на запрет общения с пленными и передачи им корреспонденции. На территории лагерей устанавливались таблички с надписью на русском языке: «Стоять, если пойдешь дальше, то будешь расстрелян». При попытке к бегству караул имел право применять оружие.xv

Караульный был обязан находиться на таком расстоянии от военнопленного, чтобы в любой момент иметь возможность воспользоваться оружием. Было запрещено поворачиваться спиной к военнопленным. Для надзора выделялись солдаты из расчета на 10 пленных – один охранник. Отказ от работы или протест немедленно пресекались.

Охрана лагеря неслась круглосуточно. Посты находились с внешней стороны лагеря, по его периметру. Дважды в день – утром и вечером военнопленные выстраивались на поверку.

Военнопленным категорически запрещалось вступать в контакт с местным населением, получать какую-либо помощь от них. За попытку подобрать что-либо съестное пленные избивались винтовками и могли быть застрелены. В лагерях практиковался расстрел военнопленных за отказ работать и за побег.

С первых дней пребывания советских военнопленных в Норвегии нацистские власти сразу же предприняли строгие меры к тому, чтобы не допустить контактов местного населения с узниками лагерей. Для запугивания местных жителей и предотвращения общения немецкое командование в Норвегии установило строгие меры наказания.

Как правило, лагеря для военнопленных находились на окраине населенных пунктов и недалеко от дорог, поэтому местные жители могли оставлять свертки с едой на обочинах или у заборов лагерей.

Помимо продовольственной помощи норвежцы часто укрывали сбежавших военнопленных, зная, что за содействие побегу, им грозила смертная казнь. Местные жители помогали беглецам одеждой, продуктами, направляли советских военнопленных в ряды организации норвежского Сопротивления (Hjemmefront). В Норвегии действовал целый отряд бежавших из лагерей советских пленных. Они устраивали засады, диверсии, организовывали акты саботажа против нацистов.

Использование труда советских военнопленных в Норвегии

Строительство береговых укреплений, шоссейных и железных дорог, добыча полезных ископаемых, работа в портах являлись основными сферами занятости советских военнопленных в Норвегии

Слайд 12

Привлечение советских военнопленных на работы в оккупированной Норвегииxvi

В протоколе «Комиссии» отмечалось, что «советские люди привлекались для выполнения самых трудных работ. При этом, работа, как правило, выполнялась вручную, без применения технических средств».xvii

Что касается продолжительности рабочего дня для военнопленных, то она была ненормированной и везде разной. В среднем, в разных лагерях длительность рабочего дня колебалась от 10 до 14 часов.

Дорожное строительство в Норвегии стало приоритетным направлением применения труда советских военнопленных. Строительством новых дорог, ремонтом, улучшением и расширением старых, очисткой дорог от снега, строительством железных дорог и подъездных путей к базам и складам занимались пленные в рабочих и строительных батальонах. Так, только на 1942 г. насчитывалось одиннадцать крупных дорожно-строительных объектов, где работали военнопленные. Oдним из важнейших объектов строительства стала железная дорога «Нордландсбанен», связывавшая Киркенес и Му в Ране.

Слайд 13

Всего на строительстве «Нордландсбанен» к началу 1945 г. было занято 20432 советских военнопленных из 67 рабочих лагерей, что составляло около 26% всех советских пленных в Норвегии. Известно, что в этом районе была и самая высокая смертность среди узников.

Численность советских военнопленных на строительных участках в Норвегии в период с июля 1943 г по апрель 1944 г.

iNHM. FO II. Вoks 21. S. 3-9.

iiIbid. S. 3.

iiiNHM. FO II. Вoks 21. S. 3.

ivRА. Documents section. Imperial War Museum. Boks 50. FD 5328/45. Serial №1182. S. 204.

vRA. Documents section. Imperial War Museum. Boks 50. FD 5328/45. Serial №1182. S. 204.

viГАРФ. Ф. 9526. Оп. 1. Д. 495. Л. 166.

viiRA. Documents section. Imperial War Museum. Boks 50. FD 5328/45. Serial №1182. S. 204.

viiiГАРФ. Ф. 9526. Оп. 1. Д. 495. Л. 166.

ixТам же. Л. 167.

xГАРФ. Ф. 9401. Оп. 2. Д. 140. Л. 344.

xiWar Crimes in Norway. War Crimes Investigation Branch. Материалы переданы шведской коллегой Г. Брески. Из личного архива диссертанта.

xiiВоспоминания А. Киселева. Из личного архива диссертанта.

xiiiRA. L. Kreiberg. Вoks 12.

xivNHM. FO II. Вoks 21. S. 3

xvSoleim М. Sovjetiske krigsfanger i Norge 1941-1945 – antall, organisering og repatriering. Dr.art.-avhandling, Universitetet. – Tromso, 2005. – S. 119.

xviПодсчитано по материалам: RA. Documents section. Imperial War Museum. Boks 50. FD 5328/45. Serial №1182. S. 144.

xviiТам же.

Scroll Up