Дорога крови – принудительная работа в Северной Норвегии

Доктор наук Милан Колянин

Депортация югославских заключенных в национал-социалистические лагеря в Норвегии

Поражение движения сопротивления в Сербии в ноябре-декабре 1941 года происходило параллельно с изменением политики национал-социалистической Германии и принятием решения об использовании принудительных работников. Причиной этому была растущая потребность в рабочей силе, ставшая актуальной после провала «Блитцкрига» на востоке в конце 1941 года и больших человеческих потерь. Это заставило немецкие оккупационные власти изменить методы борьбы с участниками сопротивления и методы управления на оккупированных территориях Сербии. Также это повлияло на ситуацию в Независимом государстве Хорватия.

К концу марта 1942 года высшие чины вермахта и полиции в Сербии заново определили политику по рекрутированию принудительных работников из числа взятых в плен борцов сопротивления в Сербии и других регионах. Было решено депортировать их в Норвегию как принудительных работников – в документах это проходит под названием «Операция Викинг». К этому времени вермахт и полиция окончательно разделили функции. В ходе операций по борьбе с движением сопротивления части вермахта расстреливали пойманных прямо на месте, а подозреваемых в сотрудничестве или принадлежности к движению сопротивления сдавали гестапо, в частности, в лагеря под управлением Мейсцнера.

В это время группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции в Сербии Август Мейсцнер и рейхскомиссар Норвегии Йозеф Тербовен заключили между собой соглашение об отправке на принудительные работы 4.200 заключенных из Сербии в Норвегию.

Из-за того, что количество пленных для отправки в норвежские лагеря было далеко от запланированного, немецкое начальство обратились к более «богатому» источнику – концентрационным лагерям Независимого государства Хорватия (НГХ). Во второй половине апреля 1942 года Мейсцнер и Эуген Кватерник, шеф полиции и службы разведки и безопасности НГХ, заключили соглашение о том, что немецкие оккупационные власти могут забирать «политически нежелательные элементы» из НГХ и отправлять их на принудительные работы в Норвегию.

К началу мая в белградском лагере для евреев Семлин (концентрационный лагерь Саймиште) были убиты все еврейские заключенные, и лагерь был переоборудован под сборный лагерь. Этот лагерь стал главным лагерем в Юго-Восточной Европе для размещения и отправки в концентрационные и рабочие лагеря, находившиеся в Германии и на оккупированных ею территориях, в том числе в Норвегии. 24 и 25 апреля СС собрало в общей сложности 1.711 пленных из лагерей Баница, Шабац, Ниш и Смедервска-Паланка, а также из тюрьмы Велики Бечкерек (сегодня Зренянин). Их отправили в Норвегию на кораблях по Дунаю. За ними последовали отправки 26 и 29 мая 1942, 19 октября 1942, 19 января 1943 из лагеря Семлин.

Вторая большая группа арестованных борцов сопротивления для отправки в Норвегию поступила в лагерь Семлин в во второй половине июля 1942.

В горах Козара и Просара Западной Боснии партизаны потерпели тяжелое поражение в боях против превосходящих объединенных немецко-хорватских вооруженных сил в конце июля 1942 года. Немецкое командование рассчитывало отправить взятых в этой битве в плен на принудительные работы в Норвегию. Но, кроме захваченных партизан, среди которых были сербы, мусульмане и хорваты, из зоны, в которой проходила битва, были взяты и другие пленные, в первую очередь мужчины-сербы. Их семьи были отправлены по большей части в лагерь Ясеновац и там убиты.

Несмотря на большой приток пленных, Мейсцнер решил приостановить отправку заключенных. В результате в лагере Семлин скопилось 10.000 человек. Основной проблемой было их питание. Ответственность за это была возложена на НГХ, но оно медлило с выполнением этого задания. Запоздалое и минимальное снабжение было далеко не достаточным для нормального питания тысяч голодающих пленных, многие из которых были больны. Это привело к высокой смертности среди заключенных, переросшей в августе в массовую. Более сильные физически заключенные были переведены в сборный лагерь Организации Тодта неподалеку от Семлина для отправки в Норвегию. Несмотря на несколько лучшие условия в этом лагере, массовая смертность продолжалась. Только после передачи управления лагерей от СС к вермахту в конце сентября 1942 года положение пленных улучшилось, и отправка в Норвегию могла быть продолжена. Первый транспорт в Норвегию с 500 пленными был отправлен 19 октября 1942 года. Вслед за ним – второй с 380 пленными 19 января 1943. В начале апреля 1943 в Норвегию была отправлена группа пленных, состоящая из партизан и сочувствующих им из Славонии, Срема, восточной Боснии и Хорватии, а также из лагеря Организации Тодта в Осиеке. Это стало последней партией пленных из Югославии в Норвегию.

Пленные, отправленные в Норвегию из немецких лагерей в Сербии, были, в первую очередь, политические противники, пленные партизаны и их помощники. По подсчетам Любо Младеновича, из 3.537 пленных из Сербии в Норвегии 3.280 (92,73 %) были партизанами или другими членами движения освобождения. Из остальных было 57 (1,61 %) уголовных, и из оставшихся 200 (5,65 %) четверо были членами польского сопротивления.

Большинство пленных из Сербии, интернированных в лагере Семлин, остались живы и были отправлены в Норвегию. Из 3.537 человек прибыло 2.287, заболевшие по пути остались в лагерях Третьего Рейха. Большинство прибывших из НГХ были жертвами политики уничтожения сербского населения. Это были по большей части молодежь и старики, сданные НГХ оккупационным властям. По подсчетам Любо Младеновича, из 2.376 заключенных из НГХ (Хорватия и Босния и Герцеговина), отправленных в Норвегию, 893 (37,58%) были партизанами и членами других групп сопротивления, в то время, как 1.483 (62,41%) были заложниками или взятыми из-за принадлежности к сербской этнической группе. Большинство отправленных из НГХ заключенных даже не было отправлено в Норвегию, а погибло в лагере Семлин или в сборном лагере Организации Тодта. Из 13.641 человека пленных, отправленных из НГХ в лагерь Семлин для дальнейшей депортации в Норвегию, только 2.376 (17,42%) были действительно депортированы и только 1.981 (14,52%) прибыли в Норвегию.

Что касается региона, из которого пленные были отправлены в Норвегию, и их происхождения, надо заметить следующее. Из общего количества 4.268 человек, прибывших в Норвегию, 2.287 (53,58%) были из оккупированной немцами Сербии, из НГХ – 1.981 (46,41%). Почти все заключенные из Сербии были сербы, так же как и большинство пленных из НГХ. Из 1.981 пленного, прибывшего из НГХ, было 1.620 (81,78%) сербов, 179 (9,03%) мусульман, 165 (8,32%) хорватов и 17 (0,85%) прочих.

Политика национал-социалистов набирать пленных для лагерей в Норвегии из Сербии и НГХ проводилась ценой большого количества человеческих жизней. Эта политика пересекалась с политикой НГХ избавляться от военных и политических врагов и, в первую очередь, проводить политику уничтожения сербского населения. Хотя для пленных из Сербии и особенно из НГХ отправка в Норвегию могла стать спасением от смерти, условия, в которых она проводилась, многим принесли смерть. В первую очередь это относится к пленным из НГХ, из которых только каждый седьмой добрался живым до лагерей в Норвегии. Но оставшихся в живых заключенных ждали в Норвегии новые тяжелые испытания.

Первый транспорт с пленными из Югославии прибыл 13 июня 1942 в Берген, 21 июня следующий прибыл в Трондхейм, 22 июня еще один прибыл в порт в Нарвике. Последний транспорт в Норвегию прибыл 11 апреля 1943 года. До апреля 1943 лагеря находились под управлением СС и Организации Тодта, пока управление ими не перешло к вермахту. При этом изменился статус заключенных, с которыми теперь обходились как с военнопленными. Югославы были размещены в 30 лагерях от северной до южной Норвегии. Заключенные выполняли особо сложные и тяжелые работы, которые были еще тяжелее из-за суровых климатических условий, особенно в лагерях северной Норвегии.

Как при размещении пленных в лагерях Сербии, так и при транспортировке в Норвегию, выяснилось, что для национал-социалистов жизнь заключенных, несмотря на большую потребность в рабочей силе, ничего не значит. Убийство отдельных людей и даже целых групп происходило почти ежедневно. Самое большое преступление произошло в лагере Бейсфьорд в северной Норвегии в ночь с 17 на 18 июля 1942 года, когда было убито 287 заключенных из-за того, что они якобы больны тифом. Оставшиеся в живых 588 заключенных были переведены во временный лагерь Бьорнфьелль, в котором в последующие пять недель было убито еще 585 пленных. За эти четыре месяца в этих двух лагерях было убито или умерло 748 из 900 человек (83,11%). 152 оставшихся в живых были переведены в лагеря Корген и Озен, а также в северную Норвегию. В этих лагерях была, без сомнений, самая высокая смертность. Но в любом случае система лагерей была чрезвычайно жестокой и унизительной. Самыми тяжелыми были, конечно, условия в лагерях северной Норвегии, где было убито наибольшее количество югославских пленных. Особенно пострадали заключенные из лагерей Бейсфьорд, Корген, Усен, Ботн, и Карасйок. Из 3.255 югославских пленных в лагерях северной Норвегии 2.058 (63,22%) погибли. Ситуация в лагерях центральной Норвегии была значительно лучше. Из 839 пленных из Югославии в этих лагерях погиб 281 человек (33,5%). В лагерях южной Норвегии было интернировано только небольшое количество югославских пленных. Обычно их переводили в центральную и северную Норвегию. Тем не менее, в лагере в Бергене было расстреляно без причины 27 заключенных. Из общего количества 4.268 заключенных в Норвегии погибли, по подсчетам Мило Младеновича, 2.386 (55,48%). Таким образом, смертность югославов в национал-социалистических лагерях Норвегии в процентном отношении приближается к смертности в концентрационных лагерях Дахау и Маутхаузен.

Scroll Up